Купи, денег не жалей, со мной ездить веселей…
Из истории звонкой коллекции
Иркутский музей связи знакомит своих посетителей с необычной коллекцией — в ней собраны «колокольчики-бубенчики», да-да, те самые, о которых пели на Руси в ямщицких и народных песнях…
Тройка, поддужные колокольчики, бубенцы — вроде бы уже далекие, но такие близкие и родные нашему сердцу понятия. Ведь езда на лихой тройке под звон колокольчиков и бубенцов — исключительно русское, национальное явление, которое стало символом России, олицетворением русской удали.
Колокольчики против рожка…
Более частыми и регулярными стали поездки курьерской и почтовой службы — и возникла потребность в специальных сигнальных средствах. В XVI-XVII веках, чтобы не было задержек при смене лошадей, ямщики, подъезжая к яму, громко свистели. На такой свист работники станций выводили свежих лошадей, и ямщик продолжал свой путь без длительных остановок. Свистом же ямщики погоняли лошадей и давали сигнал всем встречным освободить дорогу.
Петр I по европейскому образцу решил ввести в качестве звукового сигнала почтовый рожок. Но новшество не приживалось. Российские почтари упорно не хотели им пользоваться. Дело доходило до курьезов: почтовое начальство пыталось даже насильно приучить к рожкам. Ямщиков наказывали, штрафовали, били батогами, но никакие, даже самые суровые меры результата не давали.
Полковник Вебер в 1718 году был очевидцем случая, когда один из ямщиков, отказываясь сигналить на рожке, «уморил себя из злости крепкой водкой, предпочитая скорее умереть, чем приставить к губам немецкий инструмент». Таким образом, рожки в русский почтовый обиход так и не вошли ни в XVIII, ни в последующем XIX веке, оставшись только на эмблеме российской почты.
Появление колокольчика, миниатюрной копии церковного колокола, столь любимого в народе, датируют второй половиной XVIII века, когда в почтовом ведомстве была узаконена почтовая тройка. Под дугой русской почтовой упряжки, а дуга характерна именно для русской упряжки, колокольчик обрел свое заслуженное место и стал называться поддужным, а также почтовым, или ямским. Основную функцию — заблаговременно оповещать о приближении почтовой тройки — колокольчик выполнял исправно: при быстрой езде звон был слышен за несколько верст.
Ямщикам, курьерам и пассажирам приходилось преодолевать огромные расстояния по бескрайним российским просторам. Приятный звон колокольчика, радуя слух, скрашивал однообразие утомительной езды, которая нередко растягивалась на много дней. По поверьям, колокольчик отпугивал нечистую силу и хищных животных.
…а бубенчики против колокольчиков
Бубенцы стали использоваться чуть позже. Дело в том, что звон колокольчиков полюбился и ямщикам, и ездокам. А дальше, на почве этой всенародной любви, начал назревать новый конфликт. Езда троек со звоном, принявшая массовый характер, нередко вносила сумятицу в работу почтовой службы. И вправду не поймешь: курьер ли мчится по дороге или веселый барин решил покататься?
Многочисленные жалобы почтового ведомства на любителей ездить со звоном привели к тому, что в XIX веке правительство не раз издавало постановления, запрещавшие использовать колокольчики частным лицам. Однако подобные запреты научились обходить. С середины XIX века на шеи всех трех лошадей стали надевать кожаные арканы (ошейники) с укрепленными на них гирляндами бронзовых бубенцов. Устройство бубенца в виде глухого полого шара не позволяло, в отличие от колокольчика, извлекать сильный звук. Поэтому на бубенцы запреты не распространялись, и их можно было применять в неограниченном количестве. За тихий воркующий звук (не то звон, не то рокот) бубенцы в народе называли по-разному: воркунцы, позвонцы, ширкуны, глухари, балабончики, гормотунчики…
«Ямская гармонь» — это не то, что вы думаете
К концу XIX века, с появлением железных дорог, запреты на применение колокольчиков утратили свою силу. На тройках стали одновременно подвешиваться как бубенцы, так и колокольчики. Этот ансамбль был по своему звучанию совершенно неповторим и вошел в историю под названием «ямской гармони». Без звона колокольчиков не обходился ни свадебный «поезд», ни катания на тройках на Рождество, Новый год, Пасху, ни другие народные праздники.
Старейшим в России центром производства ямщицких колокольчиков считается Валдай, стоящий посередине Московско-Петербургского тракта, главной и самой оживленной дороги Российской империи. Согласно легенде, первые валдайские колокольчики стали отливать из обломков вечевого новгородского колокола, отправленного в Москву по царскому приказу. На одном из склонов Валдайских гор колокол сорвался с воза и разбился вдребезги. Из его обломков и были отлиты первые валдайские колокольцы…
«Однозвучно звенит…»? Многозвучно!
У нас на выставке представлен свадебный колокольчик с надписью «Сей колокол лит в Валдае. Кого люблю того дарю». Такой колокольчик жених дарил своей невесте в день свадьбы. Но, помимо Валдая, колокольчики отливали в Касимове, Слободском, Тюмени, Вологде, Павлове, Рязани, в селе Пурехе, Нижегородской губернии, — словом, там, где проходил основной почтовый тракт. Соответственно, и колокольчиков было превеликое разнообразие.
Колокольчик привлекает не только своим звучанием и красотой формы, но и оригинальным орнаментом и различными надписями на «юбочке» (такие колокольчики особенно ценны для музеев и коллекционеров). Это могло быть имя мастера, время и место изготовления, но еще интереснее — фраза, представляющая собой поговорку, напутствие, потешку, загадку или известную песенную строку.
Самая распространенная колокольная надпись — «Дар Валдая». На самом деле подписей сотни и сотни: что ни мастер — свой «слоган», как сказали бы сегодня. Эти строчки, отлитые в бронзе, необычайно милы, добродушны, бесхитростны: «Купи, денег не жалей, со мной ездить веселей», «Звеню потешаю еду поспешаю», «Кто колокол купит, тот счастлив будет», «В знак памяти дарю сей колокольчик», «Сдалеча весточку собою подавай». Были и такие надписи: «Прощай милыя моя еду дальныя края», «Не гонись за рублем а гонись за славой» — и многие, многие другие.
На небольшой выставке из коллекции Спартака Михайловича Арбатского, представленной в нашем музее, вы сможете познакомиться со всем многообразием украшений конской упряжи, которая всегда отличалась богатым декором. Это и красавица-дуга с резьбой и художественной росписью, и мелкие металлические бляшки, литые, разной формы, — для украшения седелки, шлеи, уздечки; это и кисти, и, конечно же, колокольчики и бубенцы… В общем, все то, без чего невозможно представить себе русскую «птицу-тройку»!
Елена Поспехова, хранитель фондов Иркутского музея связи, специально для «Байкальских вестей»
Читать полностью