БАЙКАЛЬСКИЙ КРАЙ

Клад Степана Хребтова

Иркутская история хранит много тайн. Одна из них — история семейного рода потомственных иркутян Хребтовых. Когда-то это были очень богатые люди. Конечно, не такие богатые, как миллионеры Хаминовы или Второвы, и не такие именитые, как Сукачевы, и все же. Говорят, что один из представителей династии, Степан, после революции закопал где-то в Иркутске клад, завещав его своим потомкам. Но пока отыскать его так и не удалось.

Калеку любили больше

Три брата Хребтовы — Степан, Алексей и Сергей в конце девятнадцатого века владели небольшими заводами. Степану Александровичу Хребтову после смерти отца достался мыловаренный завод, а также целая улица деревянных домов по улице Софьи Перовской.

Степана родители любили больше, чем остальных сыновей, потому что он родился калекой. Средний сын иркутского промышленника Александра Хребтова был рыжим, горбатым и маленького роста. Родители любили и жалели его, прекрасно понимая, что ни одна девка по своей воле за такого "красавца" не пойдет. Поэтому они неустанно внушали сыну, что не в красоте счастье, а в состоянии. А уж деньгам Хребтовы счету не знали.

На фотографии, сделанной в одном из иркутских фотосалонов, стоит логотип Cabinet Portrait, что свидетельствует о том, что фотография дорогая. Сделано это художественное фото с большим вкусом и выдумкой: оно изображает сценку "Охотники на привале", только в сибирском варианте. Три брата Хребтовых: старший Алексей, средний Степан и младший Сергей — одеты по-походному, как будто собрались на охоту, в картузах и охотничьих сапогах.

В руках у горбатенького Степана охотничье ружье, старший брат вставляет в стволы патрон, вынутый из патронташа, а младший держит в руках березовую палку, на конце которой подвешен закопченный чайник. На сосне в сетке висит охотничий трофей — подстреленный рябчик. На фото Степану Хребтову лет четырнадцать, Алексею восемнадцать, а младшему Сергею — восемь. Сценка охоты выполнена мастерски, в этом большая заслуга фотографа, и стоит такая постановочная фотография в десять раз дороже, чем обычный салонный снимок, где кто-то сидит на стульчике, а кто-то стоит рядом. Сам уровень фотографии говорит о большом достатке семьи Хребтовых. И даже то, что у ног Степана лежит живая (!) собака, настоящая, охотничьей породы, придает этой сценке достоверность.

Бедная, но красивая

Когда пришло время, женили Степана на бедной, но красивой девахе: белолицей, статной, с густыми длинными волосами. Звали ее Ольгой. Молодожены поселились в одном из домов на улице Софьи Перовской, недалеко от рынка. В доме был целый штат прислуги, и женской, и мужской. Был и отличный повар, а не обычная стряпуха, каких держали в домах среднего достатка. Немалый доход приносила рента от домов, сдаваемых в аренду. Мыловаренный заводик тоже давал прибыль. Поэтому особых забот, связанных с добыванием хлеба насущного, семья Степана Хребтова не знала.

Все перевернул 1917 год. Многие богатые иркутяне, такие как, например, Владимир Александрович Рассушин — владелец черемховских угольных разрезов и бывший главный архитектор города Иркутска, уехали в Китай, побросав здесь дачи, дома и заводы. Степан Александрович Хребтов из города не уехал. Он добровольно сдал советской власти и заводик, и все дома по улице Софьи Перовской. И ему за это сохранили жизнь.

— Мой отец рассказывает, что в доме Хребтовых всегда были служанки, даже после войны, — говорит Наталья Степановна Хребтова, правнучка иркутского заводчика Степана. — У прадеда было много детей и внуков, хозяйство было большое, поэтому держали прислугу и при советской власти. А характер у Степана Александровича был крутой. Он держал в кулаке всю семью, и прислугу тоже. Когда прадед умер, семья развалилась.

Был ли клад

В семье Хребтовых до сих пор живет предание о кладе, якобы спрятанном Степаном Хребтовым. Говорят, что он закопал клад и завещал его супружеской паре, в которой повторится полное имя его самого и его супруги. У правнучки Натальи отца тоже зовут Степаном Александровичем Хребтовым, а маму — Ольгой Ивановной. Так что все повторилось, но клад так и не открылся.

— Мы пытались найти в Иркутском архиве какие-нибудь сведения о Степане Александровиче Хребтове, — говорит Наталья Степановна. — Но ничего не нашли. Сотрудница архива нам сказала, что такие сведения могут сохраниться в архивах КГБ. Но туда мы пока не обращались.

Иркутские клады

Периодически при ремонте или сносе старых деревянных домов в Иркутске и других городах области находят клады. Так, например, при реставрации первого дома в усадьбе В.П.Сукачева возле танка строители обнаружили несколько сотен облигаций государственного 4,5-процентного выигрышного займа 1917 года достоинством в 200 рублей и купонных листов к ним.

Оксана Гордеева, friday@pressa.irk.ru.

Источник

Читать полностью