baikalarea.ru
О сайте | Иркутск  | Байкал | Прибайкалье | Кругобайкалка | Сибирь | Краеведение | Туризм | История | Иркутский мост |
Бабр
 Фотогалереи
Иркутск день за днем
Иркутск день за днем
Хотите заглянуть в самые укромные уголки Иркутска? Или посмотреть на город с высоты птичьего полета? Каждый день здесь Вас ждет новая фотография.

Иркутяне
Иркутяне
Жители, гости, просто проезжие.

Байкал
Байкал
Хрустальная вода и черный мрак глубин, бездонное небо и свинцовые облака, настоенный на травах жар долин и белые шапки горных вершин.

Кругобайкалка день за днем
Кругобайкалка день за днем
Кругобайкальская железная дорога, Байкал, горы, окружающие озеро, люди, живущие на его берегах, памятники природы, архитектуры и многое другое.

Песнь красоты Байкала
Песнь красоты Байкала
C этой минуты Вы вступили в необычный мир: на нашей планете он единственный в своем роде. Все, что Вы увидете здесь - это лишь малая часть того необьятного и великого пространства воды, овеянного легендами, которое мы называем Байкалом.

 История и архитектура
Кругобайкальская железная дорога
Кругобайкальская железная дорога
Удивительное место есть на берегу озера Байкал - одноколейная тупиковая железная дорога, в народе называемая "Кругобайкалка". Место, где спокойную и размеренную жизнь нарушают только проезжающий два раза в сутки поезд в три вагона, да компании туристов.

 Полезности
Температура в центре г. Иркутска
Температура в Иркутске
Загляните сюда перед тем, как выйти на улицу. А вдруг там уже зима!

 



Гелий Жеребцов: В околоземном космосе мы должны ориентироваться, как в собственном доме



Недаром считается, что имя способно влиять на судьбу человека. Ровно 70 лет назад в Тайшете на свет появился младенец, которого бабушка нарекла Гелием, что в переводе с греческого означает «солнце».

Она тогда и не догадывалась, что ее любимый внук будет руководить одним из крупнейших в России храмов науки космического направления. 17 сентября юбилей отметил директор Института солнечно-земной физики СО РАН Гелий Жеребцов. Это выдающийся ученый, который координирует в нашей стране программу фундаментальных исследований по космической погоде. Сегодня он живет идеей создания в Приангарье мощного экспериментального комплекса по изучению солнечной системы и околоземного космического пространства.

– Все мы родом из детства. Расскажите о своих родителях, они как-то повлияли на ваш выбор жизненного пути?

– Я родился в обычной рабочей семье. Мама трудилась счетоводом, отец всю жизнь посвятил строительству. Он возводил здания, прокладывал железную дорогу. Во время войны, когда шла оккупация наших южных земель, нужно было строить дороги к нефти на Севере. Папу с этой целью отправили на Печору (Республика Коми), и мы, конечно же, туда за ним поехали. Так что о северных сияниях я не понаслышке знал с самого детства.

Поскольку я был старшим ребенком в семье, приходилось много помогать родителям: маме в огороде, папе на заготовке дров и т.д. Мы вообще кардинально отличались от нынешних подростков – больше ценили свободное время, не слонялись просто так по дворам, а много занимались спортом – стрельбой из лука, волейболом, играли в городки. Очень много читали. Молодежные уличные команды у нас в Тайшете формировались очень интересно: во главе всегда стоял самый старший парнишка – 15–16 лет, которому все наши родители безоговорочно доверяли.

Я рос самостоятельным ребенком. Когда мне не было и семи лет, маму с бабушкой отправляли на лесозаготовки, и я целую неделю жил с двумя малолетними сестрами. Вот такие жизненные ситуации, по-видимому, с детства формируют в человеке чувство ответственности и командирский характер.

– В школьные годы все ученые, наверное, круглые отличники и активисты…

– Я учился в Тайшетской железнодорожной школе. Ничем среди других ребят не выделялся. Единственное, меня и еще нескольких мальчишек очень увлекали физика и математика. Эти предметы у нас преподавал учитель «от Бога» – Александр Андронович Коляда. Педагогического образования у него не было. Работать в школу он пришел из армии, где служил артиллеристом. Все мы в нем души не чаяли. Он имел особый дар играючи рассказывать о сложных вещах, а выделял он нас особым образом – давал дополнительные задания. Мы все бросали и, соперничая друг с другом, решали задачки из каких-то учебников, которых у него было множество. Когда я учился в седьмом классе, он подбросил мне брошюрку о том, как самостоятельно сделать электродвигатель. Я сделал. Правда, тогда электрических паяльников не было, я в печке паяльник грел. А обрывки проводов мне дали на телефонной станции. Потом все лабораторные работы по электричеству все делали со школьным моторчиком, а я – со своим.

– После одиннадцатого класса вы окончательно определились с техническим направлением будущей профессии?

– Да, и отправился поступать в Томский политехнический институт. Все испытания выдержал с достоинством, за исключением английского языка. В школе его преподавали плохо – все время заменяли то французским, то немецким. В Тайшет я вернулся очень расстроенным. Это был первый серьезный удар в моей жизни: я понимал, что здесь знаний по иностранному языку уже не получу, и не знал, как решить проблему. Пошел работать электрослесарем на авторемонтный завод, где в то время было много репрессированных. В их числе – мастер нашего электроцеха Вениамин Яковлевич Грудинин. Потом его реабилитировали, и он уехал. А когда я поступил в Иркутский государственный университет, на первом лабораторном практикуме встретил его: он работал преподавателем.

– Любовь к науке появилась на отделении радиофизики?

– Честно говоря, я был не очень целеустремленным студентом, хотя учился нормально. А о науке и вовсе не думал. Когда после четвертого курса пришло время проходить практику, друзья предложили мне поехать с ними в сторону Мегета, где возле карьера находился какой-то закрытый институт со сложным названием – Сибирский институт земного магнетизма, ионосферы, распространения радиоволн (СибИЗМИР). Приехал туда без особого желания, зашел в первое попавшееся здание, в котором была ионосферная станция, бывшая обсерваторная конюшня. Познакомился с руководителем этой станции Виктором Дмитриевичем Кокоуровым, который позже стал моим учителем, а потом до конца своих дней помогал мне руководить институтом – был заместителем директора.

Практику я прошел без особого удовольствия. Вообще выбранное дело оказалось не очень интересным, поэтому, когда на пятом курсе встал вопрос, чем заниматься, я ответа не нашел. В марте пришли ко мне в общежитие друзья и говорят: «Что ты тут сидишь? Нас заведующий кафедрой попросил найти пять толковых ребят, которые поедут в Пензу – собирать на заводе электровычислительную машину «Урал-14» для нашего университета. Учиться не будем, госэкзамены сдавать не будем. Полетим через Москву, поживем там три дня». Пожалуй, последний аргумент был единственным и сильным, убедившим меня тогда согласиться поехать. Действительно, побывали на Красной площади, посетили музеи столицы, а потом поездом отправились в Пензу. В начале июля мы вернулись домой, запустили машину и защитили дипломы.

Однако и на этом этапе наука меня не зацепила, а скорее наоборот, оттолкнула от себя. Я понял принцип работы этой техники, поэтому изучать ее возможности дальше и заниматься эксплуатацией стало совершенно не интересно.

– Что же все-таки заставило вас оставить работу в университете и вернуться в СибИЗМИР?

– Осенью я женился на студентке из параллельной группы, а ее распределили в Норильск – в обсерваторию СибИЗМИРа. Тогдашний директор института Николай Михайлович Ерофеев пригласил меня к себе 19 февраля 1964 года и сказал: «Вот тебе ключи, собирайся и поезжай. Там есть два десятка людей, недостроенная обсерватория. Ничего не работает, никто ничего не умеет делать. Все в твоих руках – ты будешь руководить организацией обсерватории». Мы ничего не стали говорить родителям и в марте уехали в Норильск. Следующие десять лет стали невероятно трудными, но, как оказалось впоследствии, лучшими в моей жизни.

Слияние с наукой происходило сложно, но интересно. Вокруг все молодые, амбициозные. Каждый день думал: вот сегодня отработаю, а завтра уеду. Только через три года в обсерватории началась настоящая работа – регулярные наблюдения за ионосферой, магнитным полем Земли, космическими лучами, полярными сияниями. Еще через три года стало ясно, что у нас сложился очень сильный и дружный коллектив. А когда серьезно заболел сын, да и мое здоровье тоже пошатнулось, мы вынуждены были покинуть Норильск, это была трагедия.

Ведь я периодически бывал на материке – в Иркутске или Москве. Там меня раздражали необязательность и черствость людей. Понимаете, на Севере жизнь другая, иной климат человеческих отношений. Наверное, здесь и началась моя учеба как организатора и руководителя. Здесь я почувствовал, что такое настоящая ответственность за дело, за людей, как важна в работе твоя личная преданность и преданность твоих коллег. Да, это была большая школа…

– Вы начинали с одной обсерватории, а сегодня руководите целым десятком. Как удалось в нелегкие перестроечные годы сохранить экспериментальную базу Института солнечно-земной физики СО РАН?

– Когда в 1981 году меня назначили директором, институт представлял собой огромную строительную площадку – от Норильска до южных границ. Создавались уникальные инструменты. Чего стоит один Сибирский солнечный радиотелескоп, за разработку которого авторскому коллективу Института присудили премию Правительства РФ в области науки и техники. В то время председателем Сибирского отделения Академии Наук СССР был Валентин Афанасьевич Коптюг. Он на вертолете облетел все наши площадки и был приятно поражен тем, что увидел.

В Новосибирске тогда наука строилась под руководством великих ученых и на основании специальных решений ЦК КПСС, а у нас все создавалось на энтузиазме. Здесь нас заметили и стали помогать. Но не все было гладко. Однажды от отчаяния даже заявление об уходе написал. Валентин Афанасьевич тогда меня так отчитал, что я на всю жизнь запомнил. Он объяснил мне, насколько ответственная у меня должность, и посоветовал биться, доказывать, бороться, если считаю себя правым. Вот этим с тех пор я все время и занимаюсь. Особенно это пригодилось в 1990-е годы, когда отовсюду только и слышал: «Нет денег. Закрывай».

Но как я могу закрыть, когда столько сил отдано, жизни человеческие положены. Как я могу закрыть Большой телескоп в Листвянке, когда Валерий Гаврилович Банин там все строил. Сейчас его уже нет, и мне кажется, что он смотрит оттуда на меня и спрашивает: «Выстоишь ли?». Как я могу закрыть горно-солнечную обсерваторию, когда за ней стоят Владимир Евгеньевич Степанов, Геннадий Яковлевич Смольков, Виктор Михайлович Григорьев, Георгий Вячеславович Куклин и многие-многие другие. Не в этом ли и есть моя миссия – выстоять и сохранить? Наверное, так…

– Вы постоянно совмещаете свое основное место работы с дополнительными. В течение десяти лет возглавляли Иркутский научный центр СО РАН, работали заместителем губернатора по науке и научно-технической политике…

– Работая в областной администрации, я понял, что заниматься наукой и ждать помощи от руководства региона – это абсурд. Сегодняшняя общественно-экономическая формация устроена так, что ученым рассчитывать на поддержку властей не приходится. Раньше, во времена Советского Союза, в обкомах партии функционировали отделы науки. Во время моего вице-губернаторства нам удалось принять региональный закон, в котором мы определили, что 2% от расходной части областного бюджета будет тратиться на науку. Правда, потом все это отменили, так как нашли противоречия с Гражданским кодексом, и решили, что будем устраивать конкурс на финансирование проектов, которые непосредственно принесут пользу экономике региона.

Но фундаментальная наука никогда не сможет заниматься решением насущных проблем в интересах области. Мы, конечно, можем превратить институты в прикладные инженерные центры, но тогда науке будет нанесен непоправимый ущерб, а вот добавить в копилку прикладных работ вряд ли удастся. Наука – часть нашей многонациональной культуры и имеет огромное социальное значение. Это надо понимать и всячески культивировать.

У нас с вами второй научный центр в СФО после Новосибирска, а население не знает об ученых и их разработках ничего. Все говорят с утра до ночи об инновациях, хотя большинство и понятия не имеет, что это такое. Я убежден, что промышленность и бизнес пока к ним не готовы. У ученых есть огромное количество результатов фундаментальных исследований, а звена, которое бы их доработало, нет. Это одна из причин. Другая – надо сделать так, чтобы на смену пресловутому «внедрению» пришел «промышленный шпионаж», т.е. промышленность должна выискивать все то, что может повысить ее эффективность.

– Ваш институт уже пять лет проводит исследования по проблеме, которую во многих странах называют «космическая погода». Расскажите о сути и перспективах этой работы.

– Околоземный космос – это неотъемлемая часть нашей планеты. Это пространство заполнено космической плазмой – разного сорта заряженными и нейтральными частицами. Состояние околоземного космоса зависит от солнечной активности. Космос не только продолжает активно изучаться, но он уже практически превратился в сферу непосредственной человеческой деятельности. Там работает огромное количество космических аппаратов различного назначения, в том числе и те, что обеспечивают нашу безопасность, включая военную. Оказывается, эффективность и надежность работы «начинки» спутников очень сильно зависят от физического состояния околоземного космоса – во время солнечных вспышек иногда выходит из строя радиоэлектронное оборудование, нарушается радиосвязь, возникают помехи. Происходят большие неприятности и на Земле – выходят из строя линии электропередач, сбои в различных диапазонах связи и много-много других бед может случиться. Поэтому важно хорошо знать и понимать происхождение таких процессов, уметь предвидеть их и принимать соответствующие меры, то есть мы должны знать околоземный космос, как собственный дом, и чувствовать себя в нем комфортно.

Для этого надо обладать современной экспериментальной базой – нужны новые крупные оптические телескопы, новые радиотелескопы, новые диагностические радиофизические измерительные комплексы. Мы многое потеряли, когда стали заниматься только «общечеловеческими ценностями» и рыночной экономикой. Науке был нанесен сокрушительный удар как одной из составляющих коммунистического строя. Абсурд?

Конечно теперь, когда, наконец, приходит понимание всего содеянного, у некоторых деятелей опускаются руки – как восстановить? Придумывают различные варианты, вроде проведенной в науке реформы, которая не только неэффективна, но может окончательно добить то, что еще осталось. Но надо сказать, что научная общественность – это сила, большая сила, с которой вынуждены считаться все. Это факт, и факт отрадный. А доказательство тому – принятие нового Устава Российской Академии Наук. Наука не может останавливаться, если она останавливается, она умирает. Наука постоянно нуждается в обновлении – в приборах, оборудовании, кадрах…

В прошлом году положение в нашем научном направлении, а именно в исследованиях космоса, я подробно обсуждал с президентом Владимиром Путиным. Это была встреча деловая и принципиальная.

И были приняты конкретные меры по дальнейшему развитию этих фундаментальных исследований. Вот реализацией всего задуманного и запланированного я со своими коллегами сейчас и занимаюсь, а именно – созданием Государственного научного центра по гелиогеофизике на базе обсерваторий нашего института. Задача очень сложная, неимоверно трудная, но очень важная и интересная.

Оксана Хлебникова

20.09.2008
просмотров: 842
 Форум

Ваше имя: где живете:
       e-mail:           www:


Введите код:




 Другие статьи
Академик Гелий Жеребцов: кто несёт «Сибирский крест»?

На моей памяти это единственный случай, когда имя, выбранное родителями, определило судьбу мальчишки. Гелий Александрович Жеребцов возглавляет Институт солнечно-земной физики Сибирского отделения Российской академии наук в Иркутске, и главный интерес его в науке — Солнце. В точном соответствии с именем. Дальше...




 Поиск Google  

 
Web baikalarea.ru
 Разделы  

Байкальский край
Иркутск
Иркутяне
Альков Леонид
Антипов Александр
Баранов Юрий
Белый острог
Бержинский Игорь
Болсун Елена
Болтенков Вадим Иванович
Бородин Леонид
Бриль Николай
Брюханенко Эдгар
Брянский Валентин
Вампилов
Ведищева Аида
Верещагин Глеб Юрьевич
Вержуцкий Борис
Волков Сергей
Воронов Сергей
Воропай Николай
Гайдай
Герасимов Михаил
Говорин Борис Александрович
Горбунов Геннадий
Григорьева Елена Ивановна
Гурулев Альберт Семенович
Данилов Юрий
Демин Анатолий
Дятлов Виктор
Ераков Николай Петрович
Есиповский Игорь
Жеребцов Гелий
Загурский Николай Матвеевич
Задорожная Елена
Зубарев Сергей
Зуев Эдуард
Кашин Николай Павлович
Кейко Александр
Кербель Борис Михайлович
Козьмин Алексей
Козьмин Феликс
Колчак
Кондратенко Роман Исидорович
Копылов Вадим Георгиевич
Корзун Евгений
Коровин Сергей Александрович
Косенко Павел
Красовский Григорий
Креславский Михаил
Круглов Виктор
Кузьмина Евдокия Константиновна
Лапенков Владимир
Леви Кирилл
Летников Феликс Артемьевич
Лисысянь Игорь
Локхид Оверенд
Любимов Александр
Макаров Борис
Мацуев Денис
Машкин Геннадий Николаевич
Медведев Герман Иванович
Мелентьев Лев Александрович
Михаил Фомин
Михасенко Геннадий
Молокова Лидия Михайловна
Намдаков Даши
Наумов Игорь
Ножиков Юрий Абрамович
Параничев Юрий
Перевозников Сергей
Писарский Борис
Поздняков Константин
Потапов Владимир
Почекунин Валерий
Пржевальский Николай Михайлович
Рак Владимир
Романов Антон
Ротенфельд Борис
Савельев Николай
Сага Александр
Самсонов Юрий
Сергеев Марк
Сериков Лев
Сибиряков Александр
Синявский Борис Леонтьевич
Скаллер Григорий
Смольков
Таевский Дмитрий
Тарасюк Раиса Ефимовна
Тен Сергей
Тишанин Александр
Устинов Семен
Федоров Алексей
Фефелов Игорь
Филиппов Ростислав Владимирович
Фролов Д.Н.
Хомич Альбина
Хэнк Бирнбаум
Шаповалов Андрей
Шаповалов Владимир
Шахеров Вадим Петрович
Шевченко Валерий
Шерман Семен
Шмидт Сергей
Шпрах Владимир
Щапов Афанасий Прокопьевич
Щербин Валерий
Эмдин Сергей
Юрченко Александр
Язев Сергей
Якубовский Владимир
Янковская Лидия
Боровский Виктор Митрофанович
Меерович Марк
Грачев Михаил
Истомин Геннадий
Мезенцев Дмитрий
Матисон Анна
Битаров Александр
БЫЧКОВ Игорь Вячеславович
Кондрашов Виктор Иванович
Чертилов Игорь
Улицы
Районы
Новые стройки
Общественные места
Примечательные места
История
Культура
Генплан
Мегаполис
Парки, зеленые зоны
Памятники
Памятники архитектуры
Монументальные сооружения
Церкви
Кладбища
Организации
Иркутск день за днем
События
Иркутску 350 лет

 Жеребцов Гелий

1. Гелий Жеребцов: В околоземном космосе мы должны ориентироваться, как в собственном доме
2. Академик Гелий Жеребцов: кто несёт «Сибирский крест»?

  Последние сообщения  

  Реклама  


  Друзья и партнеры  


www.baikalsvet.com Светодиодные технологии. Светодиодные прожекторы, светильники. Ландшафтная и интерьерная подсветка.

  Ссылки  



 
Байкальский край


рублей Яндекс.Деньгами
на счёт 41001152209332 (Байкальский край)


119 ms Golden BABR Журнал Вокруг света. Путешествия, приключения, открытия, рассказы, страны, первооткрыватели,
исследователи, география, континенты, сокровища, клады, обои, ссылки, отдых, Крым