Он построил многое в этой жизни
Начало было не совсем привычное в нашей журналистской работе. Телефонный звонок. Женский голос предлагает тему: напишите о моем отце. Увидите, папа того заслуживает. Ему через год исполнится 90 лет. -- Дата, конечно, солидная. Но это еще не повод... И потом -- вы дочь, стало быть, лицо заинтересованное. -- Конечно, заинтересованное. Он замечательный отец. Он столько построил для нашего Приангарья -- другому бы на две жизни хватило. -- Вы нас убедили, -- отвечаем, -- давайте адрес...
И вот он сидит перед нами: спокойное лицо, не выветренные ветрами времени светлые глаза, мудрый взгляд много повидавшего человека.
Александр Анатольевич Симоненко -- потомственный строитель. И отец его был строителем от Бога, мастером на все руки. В годы первой мировой он попал в плен -- так немцы торговали "русским спецом" направо и налево -- "командировали" то в Италию, то в Швецию, то в Скандинавию.
А в 1929 году семья переехала в Иркутскую область, тут как раз затевались большие стройки, как писали газеты. В Иркутске ему предложили строить первые корпуса будущего завода им. Куйбышева. Потом, освоив несколько специальностей, работал на чаепрессовке. Это был первый объект из железобетона, и он, уже умелый арматурщик, ловко лазал по балкам будущей фабрики чая.
Но тут заговорили в городе о чем-то совсем необычном -- вопрос о строительстве моста через Ангару назревал. Назревал долго -- и назрел-таки. Выделили деньги, нагнали рабочих -- работа закипела.
-- Городу новый мост был нужен как воздух, -- рассказывает Александр Анатольевич. -- Ведь берега соединял разводной понтонный. И его нередко уносило рекой, а во время ледостава он вообще не работал. На стройку были брошены огромные силы. В первое время не хватало специалистов, случались крупные просчеты. Например, первая кессон-опора оборвалась при спуске. Потом работы поручили спецорганизации по строительству мостов. Привозили опытных рабочих, инженеров. Дело пошло. Я к тому времени был уже начальником арматурного цеха; на немецких станках мы выпускали стальные стержни для арок. Все материалы тщательно проверялись, контроль был строгий. Но с первой опорой пришлось помучиться -- место ее расположения и грунты неправильно определили по плотности. Давление воды оказалось слишком высоким, одну из стенок прорвало. К счастью, никто не пострадал. А сам я однажды чуть не утонул. Площадка на барже, на которой паром прогревался гравий, рухнула прямо подо мной. Я упал в воду -- а был конец декабря... Меня спасли, кинув рукав, по которому подавался пар. Молодые, мы на такие "мелочи" внимания не обращали. До окончания стройки я немного не дотянул -- призвали в армию, в 93-й отдельный саперный батальон.
Верой и правдой отслужил почти два года, а когда вернулся, назначили меня начальником строительства в Мегет. Объект секретный: военные сооружения. Территория большая -- объезжал ее на личной лошади, машин тогда не полагалось даже начальству. Строительство было тяжелое, многие здания стояли в воде, да и время не простое было. Помню, ездил к нам один товарищ из НКВД, некий Коротков. Увозил в центр для беседы по одному человеку из руководящего состава. Обратно редко кто возвращался. Посадил 32 лучших специалиста. Арестовали и начальника отдела кадров Бородина. Его обвинили в том, что он оставил на столе секретные чертежи и их якобы сфотографировал приехавший к нам замминистра. Это было последней каплей. "Что ж ты делаешь! -- сказал я Короткову. -- Ты же мне стройку срываешь, лучших людей забрал". "Мне ничего не мешает и тебя арестовать!", -- был ответ. Дело запахло порохом -- я понял, что настанет и мой черед. Выручило какое-то высокое начальство: "Пока не трогать!".
Потом война... Мне пришлось служить на монгольской границе, был командиром инженерного взвода. Затем в дивизионном училище -- сначала был курсантом, потом старшиной батальона. Готовили офицеров для фронта. И хотя в боях я не участвовал, меня наградили медалями "За победу над Германией" и "За победу над Японией".
После военного лихолетья жизнь потихоньку возвращалась в мирное русло. Стране нужны были машины, машинам -- шины, шины требовали спирта. Возникла большая нужда в гидролизных заводах: ведь для производства одной шины для ЗИСа требовалось 80 литров спирта.
Один из таких заводов в 1946 г. начали строить у нас, на Бирюсе. Дело продвигалось медленно, не хватало людей, материалов. На стройке работали лишь 300 заключенных, а народу нужно было в семь раз больше. Меня назначили директором стройки в январе 1949 года. Как раз в это время ожидался приезд спецпереселенцев из Украины, Белоруссии, Латвии. Мы дали им работу, организовали лесозаготовки, чтобы люди могли строить дома. Завод сдали в срок, и даже с хорошими показателями.
А потом перебросили на Зиминский гидролизный. Он не имел себе равных по мощности. В год планировалось выпускать 1 млн. декалитров спирта! Но в жизни оказалось все гораздо сложнее, чем на бумаге. Его неправильно спроектировали -- на неоднородных грунтах, с участками вечной мерзлоты. Опоры сдвигались, фундаменты пришлось переделывать. Кирпич возили из Иркутска, за сотни километров, да его и не хватало. Построили свой кирпичный завод, организовали поставку материалов -- и уложились в срок.
В начале 60-х достраивали и строили Лесогорский деревоперерабатывающий комбинат -- тоже крупнейший в Сибири. Текучесть кадров была огромной: приезжали тысячами, но жить было негде, да и на стройках в Братске платили больше. Я решил выделять лес рабочим для строительства собственного жилья -- таким образом хороших специалистов удалось удержать. Иркутской области в то время уделялось очень большое внимание. Даже изготовление сборных железобетонных конструкций финансировалось по специальному проекту из Москвы. У нас стали изготовлять лучший в Союзе керамзит, товарный бетон. Вкалывали, не считаясь со временем, в морозы, в осеннюю грязь, при бездорожье. И вырос неплохой городок-завод.
В 70-е годы новое назначение: руководить строительством очень важного объекта -- Ново-Иркутской ТЭЦ. Мощность ее была больше Иркутской гидроэлектростанции, а по паровому хозяйству ей не было равных от Урала до Владивостока. Это был первый объект в области на свайном основании -- плывучий грунт здесь достигал глубины шести метров. Только для каркаса первой очереди котельной и машинного зала мы изготовили и смонтировали 11 тысяч металлоконструкций.
Но стройка шла медленно, с очень большим отставанием от плана. В городе, на Синюшиной горе, уже построили несколько больших многоэтажных домов. Дома ждали тепла, а отопления все не было. Жители обратились с жалобой в ЦК партии.
Мы разработали комплексные графики производства работ, проводили еженедельные планерки. Финансирование шло теперь не по абстрактным планам, а по конкретным сметам. Первая очередь ТЭЦ была введена в действие в начале 1976 года. Ну, а мне пришлось уйти на пенсию -- сердце подкачало. Первое время тяжело было без работы, но у меня наконец появилось время для общения с семьей, с внуками. Три моих дочери были уже взрослыми; средняя и младшая продолжили семейную династию: одна работала инженером в тресте Иркутскспецстрой, другая -- инженером-экономистом на машиностроительном заводе им. Куйбышева. Пока оставались силы, с удовольствием трудился на даче, выращивал очень даже неплохие помидоры.
Сейчас той страны, где проработал почти полвека, уже нет. Многие ругают наше время, порой осуждают наше поколение за слепую веру в мифическое будущее. А я так думаю: мы просто хотели и умели работать. Конечно, был и некоторый пафосный оптимизм, и слепое следование лозунгам. Куда же без них? Но был и здоровый энтузиазм людей, был порыв, с которым трудились, чтобы жить лучше. Спускались "сверху" строгие планы; никакие отговорки во внимание не принимались. Хорошо это или плохо, не знаю. Но промышленные гиганты, построенные нашими руками, и по сей день определяют достойное место нашей области в стране.
... На старенькой скатерти лежат знаки его трудовой доблести: орден "Знак Почета", медаль ветерана труда, удостоверение ветерана тыла. Руки бережно перебирают заботливо сложенные грамоты -- их много. Это семейные реликвии и вехи жизненного пути нашего собеседника за долгие 89 лет. Вехи, которые совпали с историей Иркутской области, где так много было сделано руками этого достойного человека.
Обсудить данный материал в форуме (всего сообщений: 0)